Если Адам Бекерман после выпуска из Columbia получит работу своей мечты, его ждут недели, а то и месяцы напряженной и низкооплачиваемой работы.

На должности исполнительного директора Hermes (Chanel) или ответственной позиции LVMH (Moet Hennessy Louis Vuitton) он будет получать около $50,000 в год, и это при его привычной pre-MBA зарплаты в $100,000. Его коллеги же будут зарабатывать в среднем $135,000 в год. Ясно, что вопрос тут не в деньгах.

«Я хочу быть в центре всех событий», - объясняет свой выбор Бекерман. Похвально, особенно для того, кто тратит $35,000 в год на обучение. Бекерман принадлежит к той когорте MBA, которая считает, что работа в секторе товаров роскоши достойна низкой зарплаты.

В 12 школах, начиная с Duke и заканчивая Harvard, студенты пытаются изменить скептическое отношение бизнес-школ к гламурному сектору, а выпускники – наоборот, переубеждают рекрутеров компаний такого типа наконец-то обратить внимание на MBA.

Профессура помогает: приглашает на лекции людей с именем из известных компаний, например, представители Calvin Klein, Tiffany & Co являются частыми гостями в бизнес-школах.

И на последок. Спешите купить новогодние искусственные елки на выгодных условиях. Советую!

В Columbia студенты летят на лекции профессора Алана Кейна, на которых он рассказывает о эволюции Ferragamo, начинавших с провинциальной сапожной мастерской и добившихся в конце-концов мирового успеха.

В школе активно действует клуб товаров роскоши, который помогает студентам попасть на интервью в интересующие их компании. Несколько выпускников этого года уже работают в Tiffany и LVMH.

Такая же фокус-группа существует и в Duke, где ведутся разговоры о том, то необходимо добавить товары роскоши в группу предметов по выбору.

Однако в других школах, например, в Kellogg, к сфере товаров роскоши относятся не как к отдельному полю деятельности, а просто как к маркетинговой нише. «Это смесь коммерции и культуры, которая в большинства случаев основывается на интуиции, а не на знаниях», - говорит Тимоти Калкинс, преподаватель Kellogg.

Действительно, сфера товаров роскоши является очень капризной, ведь с помощью одного лишь анализа не всегда можно определить, будет ли пользоваться популярностью тот или иной товар. Иногда иррациональность берет верх над логикой, субъективное отношение – над объективными данными. Это, по сути, противоречит самой концепции MBA.

Может быть, именно поэтому лишь у некоторых директоров, занятых в этой сфере, есть MBA. Именно поэтому рекрутеры таких компаний являются редкими гостями в бизнес-школах, что не всегда нравится выпускникам. И все-таки, сколько MBA нужно сектору товаров роскоши?

«Мы хотим видеть компетентных людей, понимающих специфику работы в нашей сфере», - говорит Кончетта Лансо, советник LVMH. Буквально это значит: оставьте все свои фантазии и иллюзии и будьте готовы к тому, что работать придется за гроши. Конечно, не исключено, что Вы будете носить костюмы за $10,000, однако это случится не скоро.